«Преступные методы взыскания долгов используют непрофессиональные коллекторы»

Как часто взыскатели задолженностей нарушают законодательство? В чем заключаются проблемы с законопроектом о запрете коллекторов в Кемеровской области? Какие пункты входят в этический кодекс коллекторских агентств? Эти и другие вопросы ведущий «Коммерсантъ FM» Анатолий Кузичев обсудил с директором Национальной ассоциации профессиональных коллекторских агентств Борисом Ворониным в рамках программы «Действующие лица».

«Коллекторы работают по строгим скриптам, где прописано, что можно говорить»

Борис Воронин о нарушениях со стороны коллекторов: «Мы можем подобрать, в принципе, любую практику и сказать, что она является преобладающей. Я могу вспомнить, например, новость, где было написано о том, что депутат избил ребенка. Означает ли это, что все депутаты избивают детей и делают это регулярно? Наверное, нет, тем более, если мы посмотрим на статистику, у нас порядка 50 млн заемщиков находятся в состоянии «плачу по долгам», и из них порядка 8 млн эпизодически впадают в состояние долга и из него выходят, и это делают благодаря коллекторам, благодаря взыскателям в банках, в НФО. Кстати, истории, которые вы мне рассказываете, связаны в основном не с профессиональными коллекторами, а, к сожалению, с непрофессиональными коллекторами. Скажем, это какие-то микрофинансисты, которые подрабатывают еще и возвратом долгов, какие-то хулиганы, нанятые теми же микрофинансистами или банками.

Сейчас нет никакого регулирования, которое определяло бы, какого взыскателя нанимает банк или микрофинансит. То есть он может быть в штате, может быть за штатом, и, конечно, крупные банки подходят к этому серьезно: они отбирают коллекторские агентства, с которыми работают, они не работают с какими-то ИП «Хулиган и компания», а работают с серьезными компаниями. У нас есть компании, где по 1 тыс. человек в колл-центре, которые обзванивают должников, отправляют SMS, напоминают о долгах. Они работают по строгим скриптам, где прописано, что он может говорить, а что не может, как он говорит, какие аргументы приводит и так далее — все крайне корректно. Кстати говоря, дело дошло до того, что, например, в Брянске наша компания, один из наших членов, — одна из крупнейших плательщиков в Пенсионный фонд в Брянске. Предприятия там, извините, не очень хорошо себя чувствуют, а в наших не сказать, что все цветет, но получается, что как работодатель — одна из крупнейших в городе. Это, конечно, не сравнится с каким-то действиями отдельных хулиганов. У меня даже такое ощущение, если честно, что раньше многие из этих хулиганов звонили и кричали, что заминирован аэропорт, а сейчас они звонят и угрожают соседям или еще кому-то, что что-то взорвут — просто бред какой-то».

«Закон такой, что там больше смеяться, чем говорить о нем»

Борис Воронин о принятом в Кемеровской области законе о запрете коллекторов: «Я, наверное, один их немногих людей в стране, который читал этот закон. Он вообще очень короткий. Я думаю, что читал его я, наши коллекторы, прокурор Кемерово. И не уверен, что читали депутаты. Закон очень иезуитский. Значит, он написан так: запретить деятельность коллекторов, нарушающих права и свободы граждан страны. То есть в том случае, если они нарушают права и свободы, по идее, тогда надо и запретить. Другое дело, что, конечно, сам уважаемый губернатор, когда собрал перед собой все силовые ведомства и выступил с речью, он говорил о том, что мы запретили коллекторов в нашей области. То есть он говорил одно, в законе написано другое. Вообще, в законе написано даже надвое: что хочешь, то и прочитай. Но, на самом деле, конечно, это означало лишь то, что какие-то граждане поверили, сразу, как обычно, распустили уши и перестали платить. Потом, правда, платить они опять стали, но попали на штрафные санкции. Думаю, они спасибо господину Тулееву не скажут. А сейчас еще и прокурор вынес протест. Кстати говоря, мы обращались и в Генеральную прокуратуру, и в кемеровскую, но я не уверен, что они прямо нас послушали, они сами с головой. Закон такой, что там, в общем-то, больше смеяться, чем говорить о нем».

«Мы стараемся не допустить ухудшения профессионального подхода к взысканиям»

Борис Воронин об этическом кодексе для коллекторов: «Основные параметры — большая детализация по отношению к предыдущей редакции, это первое. Второе, что основано на опыте, мы видим, что-то говорят про хулиганов, и стараемся прописать это уже на нашем уровне и, кроме того, не допустить какого-то ухудшения профессионального подхода к взысканиям. Самая базовая вещь, например, написано, что обращаться только на «вы». Сейчас уже профессиональный взыскатель обращается на «вы», но мы это занесли непосредственно в Кодекс. Интересный момент: сейчас, по нынешнему проекту, который внесли депутаты, в принципе, компания с таким названием, как, например, «Взыскатели Кавказа» может быть зарегистрирована и внесена в реестр, хотя мы прекрасно понимаем, что здесь Кавказ не в том, что это прекрасное место, прекрасный край, отличные люди, а попытка надавить на психику должника. Есть компании со словом «Кавказ» в названии. Таких черных взыскателей полно, которые себя называют и говорят, кстати говоря, специально с акцентом, возможно, нанимают людей, которые готовы говорить с таким выговором. Но, похоже, что это специальный подход для давления на должника. Вот в нашем случае это запрещается, то есть у нас нельзя назвать компанию названием либо совпадающим с государственным органом, да, один из способов, либо определяющим какой-либо регион страны. Мы не можем здесь написать прямо какие-то регионы, поэтому сказали в общем.

Запись разговоров тоже сейчас ведется. Какие там еще вещи? Работа по скриптам. Я бы назвал эти нормы расширительными по отношению к закону. Вообще, все принципы этики, все вопросы саморегулирования всегда более подробны и расширительны по отношению к закону. Закон всегда можно обойти, сколько у нас этот Налоговый кодекс обходят, сколько у нас обходят другие законы. Вполне возможно, что, основываясь только на законе, появится компания «Взыскатели Кавказа», которые будут говорить с акцентом, будут говорить на «ты», будут очень искусно оскорблять и напрягать людей, что-то там делая, я даже не могу себе представить, насколько богатая фантазия такого рода горе-предпринимателей, и при этом соблюдать закон, это вполне возможно. Но я думаю, что такого рода публика останется, скорее всего, просто в черном секторе».

Коммерсант FM

29.04.2016

По теме

Реструктуризацию долгов граждан предлагается дополнить медиацией — проект стратегии
Минфин РФ предлагает создать институт медиации при реструктуризации долговой нагрузки граждан
Всеми мерами: банки предлагают не допускать граждан к банкротству за ложь
Почему Минэк против и как инициативы участников финрынка могут ущемить права граждан
Упрощенное банкротство остается слишком сложным
«Ъ» подвел итоги первого года работы внесудебной процедуры
За год бесплатного банкротства без суда добились 2,4 тыс. россиян
1 сентября исполнился год, как в России действует норма о внесудебном банкротстве граждан. За это время списать долги через МФЦ пытались 12,3 тыс. человек, из них 2,4 тыс. это удалось. Процедура не стала массовой, говорят эксперты