Быки по вызову. Почему закон о коллекторах — не работает

С 1 января 2017 года ступил в силу закон о коллекторской деятельности, который будто бы обязан был прекратить бандитские наезды на должников. На самом деле ничего хорошего не произошло. Людей «кошмарят» как и раньше. По всей России...

За два последних года более половины трудоспособного населения страны (40 миллионов) взяли в банках 11 триллионов рублей. Каждый восьмой уже просрочил платежи, т.е. стал потенциальным клиентом коллекторских агентств. В кризис количество должников растет. Это подтверждает и Центробанк: только за январь 2017 года физические лица просрочили на 2,7% больше выплат, юридические лица — на 14,1%.

БЕРИ БОЛЬШЕ!

Однако россияне продолжают брать кредиты и теперь уже идут за деньгами не в банк, а в микрофинансовые организации, где ставки доходят до 880 процентов годовых.

15% должников — безнадежные. С них взять нечего. По закону о регулировании коллекторской деятельности, вступившему в силу с 1 января нынешнего года, вытрясать душу у должников нельзя, их теперь можно только воспитывать добрым словом.

Увещевания помогают мало. По данным Национальной ассоциации профессиональных коллекторских агентств (НАПКА), в Питере есть рекордсмен, который взял 27 кредитов на 6 миллионов рублей. В Туле хронически безработный за полгода «нащипал» 19 экспресс-ссуд по 20 000 рублей каждая, в Красноярске «кредитный портфель» отца семейства за счет просрочек и штрафов вырос с 40 000 рублей до 800 000.

От головокружительных долгов сносит голову. Причем не столько у заемщиков, сколько у тех, кому по службе положено работать с должниками. Не от того ли на коллекторском фронте одно ЧП за другим. Последние новости: молодая мать, жительница Нижнего Тагила, стала получать звонки и СМС с требованием заплатить деньги. В противном случае женщине, а также её матери угрожают физической расправой и сексуальным насилием. В подтверждение тагильчанка предоставила полиции записи разговоров с коллектором. Они впечатляют — «Слушай внимательно, овца. Если до трех денег не будет — мы к тебе ночью приедем и тебя …. за его долги. Очень.… будет тебе. Толпа нерусских приедет. Готовься, ….,», — говорит непредставившийся коллектор.

Прокуратура начала проверку. Выяснилось, что девушка вообще ни при чем — кредит просрочил отчим, а стрелки перевел на родных — в анкете написал контактные данные жены и приемной дочери.

Тем не менее, анонима, терроризирующего семью, будут искать. И если найдут, — ему не поздоровится.

  • По закону коллекторам вообще запрещено взаимодействовать с должником в ночное время (с 22 до 8 часов в рабочие дни), — заявила «НИ» официальный представитель Свердловской областной прокуратуры Марина Канатова. — Это не говоря о том, что разного рода угрозы и психологическое давление вообще не допустимы. Уголовное наказание — до шести лет.

БАБКИ НЕ ВЫДЕРЖИВАЮТ

Закон, похоже, строг. Но достаточно ли этого, чтобы остановить насилие? Ведь и заявление об угрозах берут неохотно — они часто недоказуемы, и беспредельщиков не находят –поди узнай, откуда он звонил: из Москвы или из Хабаровска? А, может, это и вовсе колл-центр на автомате? — Тогда вообще нет состава преступления. Хотя когда в прошлом году в Красноярске по телефону запугивали высокопоставленного полицейского, нашлись сразу две статьи и два состава преступления — угроза убийством и угроза представителю власти.

А вот как быть, если родственники, измученные беспросветными долгами своей кровинушки, сами просят коллекторов «сделать хоть что-нибудь», лишь бы отучить должника от нехорошей привычки? В Орле, например, коллектор Дима, по прозвищу «Челюсти», снял штаны с тридцатилетнего парня и так исполосовал его крапивой, что тот неделю не мог ни сесть, ни встать. Между прочим, экзекуция состоялась по просьбе бабушки, которая была уже не в состоянии оплачивать микрозаймы своего недоросля. Пять лет терпела, отдавала за него всю пенсию, опустошила квартиру, а ей каждый месяц — новый подарочек.

  • Дима не соглашался воздействовать, — рассказывает Таисья Митрофановна. — Мол, я разыщу его, поговорю. Уговоры на внука давно не действуют. Да и где его найдешь? Прячется то у дружков, то по подвалам, телефоны без конца меняет. В квартире звонок срезал, чтобы не доставали, приходит глубокой ночью, иногда по трое суток сидит взаперти — боится, что его поджидают, только мне открывал, когда еду приносила. А я однажды ушла на дачу и ничего ему не оставила. Смотрю, ночью стучится — оголодал, значит. Поел, лег спать. Я позвонила коллектору и участковому — была с ним такая договоренность, чтобы Диму не подставлять. Еще и соседи собрались, кто был. Тут внука тепленьким и взяли. С крапивой Дима придумал. Бить-то нельзя, посадят, а жгучим веником — и больно, и стыдно. Как соседи восприняли? Да нормально! У многих в семье такая же беда. Завидовали даже. Наш Пашка-то после этого в монастырь уехал, на строительство. Коллектор устроил, спасибо ему. И МФО эти проклятые внесли наконец внука в черный список, копейки теперь в долг не дадут.

ДИМА — ЧЕЛЮСТИ

Дима в Орле известный человек. Офицер. В недавнем прошлом служил в комендатуре города. После очередного сокращения в армии выперли на пенсию. На гражданке растерялся — никому не нужен, работы нет, запил.

  • Через пьянку я и попал в коллекторы, — без стеснения рассказывает он. — Как-то сидели на бережку с бывшими сослуживцами, перетирали поганую жизнь. Не хватило. Денег ни у кого нет. Смотрю, напротив вывеска «Деньги даром» — дай, думаю, перехвачу пятихатку до пенсии. Дали прям моментально. Чё-то там подписал и забыл. Месяца через полтора звонок: вы, типа, просрочили, несите 32 тысячи, иначе хуже будет. Такое зло взяло, вот щас пойду и разнесу эту контору. Ну зашел, гаркнул зычным голосом, девчонки перепугались. Бросил им эти 5 тысяч… Через день звонит начальство: «Дмитрий Николаевич, а не хотите ли к нам на работу? У вас внешность внушительная». Ну да, у меня челюсть командирская, и кликуха такая же еще с армии. Сколько положили за внешность? 15 тысяч плюс процент от выбитых долгов. Другой работы все равно нет. Так я у них и прижился, пятый год уже без выходных и от пусков. Должников знаю лучше, чем родных сыновей.

Такое счастье наступило не сразу. Это мы, простые смертные, думаем, что у коллекторов все просто: устроился, взял список должников и пошел по адресам позорить перед людьми или пороть крапивой. А их, оказывается, сначала учат. Особо перспективных — в Москве. Дмитрий со своей офицерской челюстью, конечно же, считался перспективным и его 2 месяца один столичный банк учил разговаривать по телефону. Методикой делится не охотно. Отмахивается: занудь сплошная.

ЧЕМ НАС ГРУЗЯТ?

  • Звонил должникам с программы интернет-АТС, доступ к которой мне предоставляла моя контора. По каждому должнику там очень подробная информация — от ФИО и возраста до места регистрации и места работы. Ну и подробные данные по долгу, конечно. В базе, кстати, есть вообще все телефоны, которые должник указал при оформлении кредита, — не только его, но и родственников, друзей, знакомых... Обычно банковские работники говорят, что им ни в коем случае звонить не будут. Это бред — я должен был обзванивать абсолютно все номера, указанные в анкете каждого должника. Так что указывать в банке телефоны близких — это всегда риск.

  • Говорить можно, что хочешь, или были какие-то ограничения?

— Нельзя грубить, хамить, издеваться над именем, полом, национальностью — одним словом, над личностью должника. Пугали штрафами до 10 тысяч рублей и увольнением — правда, о таких наказаниях за все время работы я что-то не слышал. Каждый разговор коллектора с должником строится по строго определенной схеме: вначале представляюсь, кто я и откуда. Правда, называю при этом вымышленное имя и фамилию — из соображений безопасности. Конечно, несправедливо: я знаю о должнике все, он обо мне — ничего, но что поделаешь. Потом сообщаю информацию о долге, узнаю, как должник планирует его оплачивать. Наконец, идет «нагрузка»; на жаргоне коллекторов это слово означает давление на должника.

  • Чем нагружали?

— Да всем подряд — Уголовным кодексом, судом, распространением негативной информации о должнике там, где он живет, работает или учатся его дети. Арсенал «ужасов» внушительный. Самое страшное для должника — если руководство коллекторского агентства решило направить к нему «выездную группу». Все ужасы, которые показывают по телевизору про коллекторов, — дело рук именно этих ребят. Чем обернется их очередной выезд, не знает никто: ни банк, ни агентство, ни сами работники «выездной группы». С «выездными бригадами» шутки плохи — там работают мужики крепкого телосложения, лица которых «не обезображены» ни интеллектом, ни совестью. Туда идут работать либо качки-спортсмены, либо уволенные по разным причинам сотрудники МВД, ФССП, УФСИН или ЧОП. В 90-е годы таких типов называли просто «быки». На самом деле на серьезные нарушения закона они идут редко — ведь за это могут потом и сами получить по полной. Больше пакостят по мелочи — то краской дверь зальют, то ручку какой-нибудь гадостью измажут, то проволоку в замочную скважину вставят и сломают.

  • Странно, вообще-то, ты сидел на телефоне, если и запугивал, то издалека и не опасно, а в конце концов оказался в Орле — бригадиром этих самых «быков» с сомнительными методами работы. Почему?

  • А я понял, что их методы надо менять. Тут еще и сошлось так: звонит жена — внучка заболела, не можем врача вызвать. Почему? А какие-то козлы на двое суток заблокировали все телефоны детской поликлиники — требуют 8 тысяч с задолжавшей санитарки. Потом во многих городах было подобное нападение на больницы. Но Орел первым начал. Я бросил все, наплевал на перспективу работать в хорошем агентстве и помчался домой. Нашел этих «коллекторов», накостылял по шее — в смысле объяснил по-военному, что детей, женщин и стариков трогать нельзя. Тем, кто не понял, пригрозил, что будут иметь дело со мной и со всей бывшей комендатурой города. С санитаркой поговорил — женщина тут же нашла несчастные восемь тысяч и рассчиталась. Вот так я и стал наводить свои порядки. Главное правило: не умеешь работать с людьми — уходи.

Вообще коллектор, по словам Дмитрия, — необязательно рекетир. В идеале это финансовый консультант, который должен не доводить человека до отчаяния, а, напротив, помочь найти выход из ситуации: предложить новый график платежей, снизить сумму платежа, порекомендовать какие-то разумные шаги. Слушать все это страшно приятно. Но из головы не выходит пучок крапивы, которым он отходил внука бабы Таси.

  • Так это же по-отечески, — смущается Дмитрий, — уж очень старушку жалко.

Ходят слухи, что орловские старушки уже в очереди к нему стоят. Прокуратура недовольна.

  • Да мне плевать, — говорит он. — Я лицо неофициальное, в коллекторский реестр не вхожу, закон на меня не распространяется.

БИТА НАДЕЖНЕЕ СЛОВА

В Орле 5 коллекторских агентств, зарегистрированных службой судебных приставов, по всей России их — 109. Вот эти, официальные, с 1 января 2017 года, имеют право, получив согласие банка, напрямую контактировать с заемщиками. А «неофициалы», не включенные в реестр, как рассказал «НИ» один из разработчиков закона о коллекторах Олег Зайцев, вообще ничего не могут — только рассылать письма и СМС да отвечать на звонки должников, которые сами к ним обратились. Вот интересно: если все только пишут, то кто же тогда лютует? В Ельце только что напали на семейную пару — мужа избили, жене обрили волосы, и все это за долг в 15 тысяч рублей. В Питере, в собственной квартире замуровали девушку, испортив дверной замок, — должна 6 тысяч. В Перми недавно до смерти забили человека, задолжавшего буквально копейки.

  • Уголовные парни с битами — это работники фирмочек с завлекательными названиями «Экспресс-деньги», «Возьми у нас» или их друзья-приятели, — уверен юрист «КурскПромбанка» Николай Радяев. — Если вы задолжали банку, вероятность, что вас изобьют, отрежут волосы или ограбят, — минимальная. Другое дело, если вы брали микрозаймы в сомнительных конторках. Там достаточно показать паспорт, но никто вам не скажет, что ставки грабительские — 1,5 — 2% в день, а это 600−900% в год.

На коллекторов — ни на белых, ни на черных он не грешит. При всем затянувшемся «периоде взросления» этого рынка, он, по мнению юриста, не такой уж дикий, большинство людей работают нормально и даже «несут в массы воспитательную функцию».

История этого специфического рынка в России в самом деле не такая уж длинная. Одним из первых собственными коллекторами еще в 2001 году обзавелся банк «Русский стандарт». После щедрой раздачи кредитов перед ним встала проблема возврата денег. В банке создали отдел, который занялся общением с должниками. А спустя три года — 9 августа 2004 года — в России появилось первое коллекторское бюро — «Финансовое агентство по сбору платежей».

За 12 лет рынок разросся до 800 компаний (по другим данным — до 1000) и занял в общественном сознании примерно то место, которое прежде отводилось браткам из 90-х — в кожаных куртках, с битами и паяльниками.

Почему так получилось? В частности, потому, что на выездное взыскание агентства предпочитают отправлять бывших военных и полицейских. Понятно, что от таких финансовых консультантов совет можно получить только один — скорее вернуть банку деньги.

В реальности структура бизнеса очень неоднородна. Часть агентств пытается установить правила ведения бизнеса: таких около тридцати, они входят в Национальную ассоциацию профессиональных коллекторских агентств.

Других более семисот, они занимают 15% рынка и никак не регулируются.

Первые борются со вторыми и не прочь присвоить себе 15-процентный сегмент рынка. Вступивший в силу за кон о коллекторской деятельности, не упорядочил, а добавил хаоса на рынке. Для официальной регистрации нужно как минимум 10 млн. рублей уставного капитала. Далеко не все потянуали эту планку, всего 109 агентств. Остальные из 700−900 оказались в сером секторе и теперь уже вместе с «нелегалми» тянут на себя не сегмент в 15%, а все одеяло. Кстати, во время кризиса не только банки, а также микрофинансовые организации стали активнее отдавать своих должников коллекторам. По данным крупного коллекторского агентства «Секвойя», если в 2014 году МФО провели 9 тендеров по продаже долгов, то в 2016-м их было уже 29. В целом же только за последние полтора года МФО и банки передали коллекторам просроченные задолженности больше чем на 500 миллиардов рублей.

ТРЕЗВОЕ СЛОВО НА БАЗАРЕ

До сих пор не утихают споры — нужен ли был закон, связавший коллекторов по рукам и ногам, а должникам — наоборот, предоставивший неограниченные возможности уклоняться от своевременных выплат, тянуть резину и без опски набирать по 5−10 кредитов, загодя зная, что рассчитаться они не смогут. Может быть это совпадение, но с начала этого года появились новые схемы ухода от долгов: люди объявляют себя мертвыми, присылают в банки ксерокопии «похоронок», меняют имя и фамилию, переезжают в другие города, не оставив адреса, устраиваются на работу под вымышленными фмилиями. Одновременно в полицию и прокуратуру пошел вал жалоб на неправомерные действия коллекторов — кому-то позвонили в начале 23 часов, а не до 22, как положено по закону, кто-то, испачкав собственный подъезд, свалил это на «вышибал», появился большой отряд должниц, которым, якобы грозили изнасилованием. Все это надо проверять, время идет, погашение долга откладывается…

Не всегда удается расслышать трезвое слово на этом базаре. Но оно есть. Как заявил «НИ» председатель правления международной конфедерации обществ потребителей Дмитрий Янин, «большой плюс для заемщиков в том, что закон устанавливает ограничения на методы работы коллекторов. Минус в том, что нынешний беспредел — это следствие того, что власти не ограничили ростовщичество, более того, сделали его легальным — со ставками до 800% годовых. Коллекторство- это следствие проблемы закредитованности бедных, а она пока никак не решается.»

Честно говоря, добавить к этому нечего.

Людмила Бутузова, Новые известия

04.05.2017

По теме

Граждане смогут банкротиться без суда через МФЦ — проект
Внесудебным банкротством смогут воспользоваться граждане с непогашенными долгами от 50 тыс. до 500 тыс. рублей, если до этого судебные приставы окончили исполнительное производство из-за отсутствия у них имущества для взыскания
ЦБ предлагает защитить квартиры от взыскания в случае смерти заемщика
Приобретенная в ипотеку квартира будет надежнее защищена от взыскания в случае тяжелой болезни или смерти заемщика, если страховать ипотечные риски будут сами банки за свой счет, считает заместитель председателя Банка России Владимир Чистюхин
Задержки платежей усилились в апреле до рекордного с 2015 года уровня — СПАРК
Покупатели в нерабочем апреле начали медленнее оплачивать счета, но в целом уровень расчетов оставался выше кризисного 2015 года, свидетельствуют оперативные данные системы «СПАРК-Интерфакс»
Госдума приняла во II чтении пакет поправок в законодательство о жилищном строительстве
Принятый законопроект разрешает использовать средства компенсационного фонда, который формируется из взносов застройщиков, на достройку всех проблемных объектов вне зависимости от того, уплачивал взнос застройщик по конкретному объекту или нет