Банки объявили распродажу безнадежных должников

Российским банкам всё сложнее справляться с ростом просроченной задолженности, следует из последних данных Национальной ассоциации профессиональных коллекторских агентств (НАПКА) и Первого коллекторского агентства. Поэтому они продают коллекторским компаниям всё больше плохих долгов. Но и у коллекторов серьезные проблемы с тем, чтобы взыскать выданные кредиты.

В прошлом году сразу 22 банка впервые стали участниками рынка цессии (уступки прав требования по кредитам). Если раньше кредитные институты справлялись с взысканием в основном своими силами и лишь изредка привлекали коллекторов, то теперь им пришлось избавляться от «токсичных» активов, поэтому они были вынуждены продавать портфели просрочки.

— Рост объема необслуживаемых кредитов стал одной из основных причин снижения финансовых результатов банков в прошлом году. Из-за ухудшения финансового состояния клиентов почти все крупные розничные банки в прошлом году показали убытки, — комментирует аналитик Промсвязьбанка Дмитрий Монастыршин.

Эксперт также напомнил, что, по данным Центрального банка, в 2015 году просрочка розничных кредитных портфелей в банковской системе резко выросла — на целых 196 млрд рублей — и составила 864 млрд рублей (8,1% от всего объема выданных розничных кредитов). При этом на конец 2014 года доля просроченной задолженности в кредитном розничном портфеле была гораздо меньше — на уровне 5,9%.

В 2015 году на рынке цессии прошло 164 тендера, общий объем уступки задолженности банками достиг рекордных 0,5 трлн рублей (493 млрд). По сравнению с 2014 годом рост объема заключенных сделок составил 68%. В 2014 году рынок цессии увеличился лишь на 35%. По данным НАПКА, за первые два месяца 2016 года уже состоялись тендеры на передачу долгов в объеме 50 млрд рублей.

Сделки с коллекторами становятся всё менее выгодными для банков: в 2015 году коллекторские компании были готовы платить за просроченные долги в два раза меньше, чем годом ранее. Цены на рынке цессии начали снижаться еще в 2012 году: тогда коллекторы приобретали просроченные долги по цене 4,4% от номинального портфеля, в 2013 году — лишь за 2,7%, в 2014-м — за 1,5%. В 2015 году средняя цена покупки опустилась ниже 1% (в среднем 0,85% от просроченного портфеля).

Как и прежде, в основном банки продают коллекторам долги до 20 тыс. рублей (их доля составляет 28% против 35% в 2014 году от всего рынка), однако в прошлом году кредитные организации стали чаще избавляться от кредитов на существенно большие суммы, которые коллекторы относят к среднему и высокому уровням задолженности.

В сегменте с уровнем задолженности от 20 тыс. до 50 тыс. рублей доля продаж увеличилась на 4%, а в сегменте от 100 тыс. до 150 тыс. увеличение произошло на 3%. Соотношение в сегменте самых дорогих сделок осталось неизменным: только 11% рынка цессии приходится на сделки от 100 тыс. до 300 тыс. рублей, всего в 5% случаев банкиры продают долг на суммы 300–500 тыс. рублей и в 3% — в самых исключительных случаях готовы расстаться с проблемной задолженностью на сумму от 500 тыс. до 1 млн рублей. Лишь 1% рынка цессии приходится на сделки с долгами свыше 1 млн рублей.

Просроченные портфели, продаваемые банками, становятся всё «свежее», и взрывной рост произошел в области продаж просроченной задолженности в сегменте от одного года до двух лет: теперь такие долги составляют чуть меньше половины рынка цессии. В структуре заемщиков-неплательщиков преобладали женщины: на них приходится 55% проданных коллекторам кредитов. Четверть должников проживают в Центральном федеральном округе.

Впрочем, сами заемщики не готовы платить по кредитам даже под натиском коллекторов. По данным Клуба покупателей НАПКА, в 2015 году стало значительно меньше должников, которые после первого разговора с сотрудником бюро пообещали оплатить долг. К концу прошлого года такие заверения давали лишь 25% должников или их родственников, тогда как весной 2014-го успешных (с точки зрения коллекторов) контактов с должниками было не меньше 45%.

Снижается и сумма ежемесячных платежей. В среднем должники ведущих банков, которые имеют долг от 10 тыс. до 50 тыс. рублей и просрочку сроком до года (а таких большинство), теперь медленнее расплачиваются со своими долгами. Их ежемесячные платежи сократились почти на треть — в среднем с 8 тыс. до 6 тыс. рублей. А доля тех, кто, имея более чем шестимесячную задолженность, погасил ее единым платежом, резко упала — с 40% в начале 2014 года до всего лишь 10% в конце 2015-го.

По словам генерального директора Первого коллекторского бюро Павла Михмеля, почти 70% должников — люди в возрасте до 45 лет.

— Это экономически активное население, что говорит о хорошей перспективе взыскания после того, как должники выйдут из персонального кризиса, — пояснил он «Известиям». Для более эффективной работы коллекторским агентствам, очевидно, придется менять подходы к взысканию задолженности, говорит Михмель.

— Многие заемщики имеют больше двух кредитов, поэтому агентствам придется научиться консолидировать разные долги одного должника в одних руках, — подытожил он.

Ася Корбут, Известия

09.03.2016

По теме

Дали списать: в РФ резко выросло количество банкротств среди населения
В России ускорились темпы роста личного банкротства: за первое полугодие 2021-го несостоятельными признаны вдвое больше граждан, чем в аналогичном периоде 2020-го. Это следует из данных «Федресурса», с которыми ознакомились «Известия»
Жилой интерес: Минэк предупредил о риске появления новых схем отъема квартир
Минэкономразвития предупредило о риске возникновения новых схем по отъему жилья. К случаям мошенничества может привести практика продажи единственной жилплощади должников
КС РФ: граждане-банкроты не могут сами начинать крупные судебные споры, инструмент защиты от бездействия управляющего — иск к нему
Гражданин-банкрот не может без финансового управляющего вступать в споры по защите своих имущественных прав, если полученное должно пойти в конкурсную массу, решил Конституционный суд (КС) РФ
Бывший банкрот лишился зарубежного отдыха
Объявленный банкротом гражданин не смог выехать за границу через два года после прекращения дела. Второй кассационный суд не усмотрел в произошедшем вины пограничников